Казахстанское правительство перед дилеммой

Пик, связанный с ростом «плохих» активов в банковском секторе Казахстана, будет достигнут к середине этого года. Ситуация стабилизируется, но сроки остаются неизвестными. Вполне очевидно, что стабилизация будет в связи с оздоровлением финансовой системы в целом, которая уже сегодня демонстрирует улучшение по некоторым показателям. В частности, постепенно уменьшается зависимость банковской системы от валютного риска. Тем не менее, аналитики международного рейтингового агентства Standard&Poor’s считают банковский сектор самым слабым звеном в казахстанской экономике и фактором, ограничивающим рост кредитного рейтинга страны.

«Несмотря на предпринятые правительством страны усилия, «плохие» активы достигают больших величин – порядка 30-35%. Связано это было не только с кризисом, но и с девальвацией тенге», – рассказал «Капитал.kz» Алексей Новиков, управляющий директор, глава представительства Россия/СНГ Standard & Poor’s.

Тем не менее, эта проблема в скором времени найдет свое решение, поскольку уже сегодня создаются условия, а именно решаются проблемы, связанные с ликвидностью, улучшается конъюнктура цен на нефть и металлы, постепенно снижается зависимость банковского сектора от валютного риска.

Между тем, по словам эксперта, правительство стоит перед дилеммой роста и риска. Выбирается, конечно, меньшее из зол. Но если выбор падает на динамическое развитие, то оно всегда подразумевает риски. Поэтому правительства стран сегодня являются ключевым моментом в управлении рисками. И смогут ли они с ними справиться – вопрос времени.

В период кризиса казахстанское правительство прошло через принятие многих трудных решений. И среди дилемм, которые стояли перед ним, эксперт выделил три.

Первая – это дилемма между поддержанием собственной кредитоспособности, финансовой стабильности как должника и поддержкой банковской системы, экономики. Очевидно, что Правительство РК выбрало путь поддержания собственной кредитоспособности и не стало заложником в известной степени политики поддержки банковской системы и экономики. «Конечно, поддержка была, и ее объем велик – это порядка 15 млрд. тенге, – поясняет г-н Новиков. – Но если мы посмотрим на то, каким образом это было сделано, то не найдем прямых гарантий правительства страны, поскольку курс был взят на реструктуризацию, а не на прямое гарантирование обязательств банков». Эксперт отмечает, что и в момент входа государства в капитал 4-х банков второго уровня прямых обязательств правительство на себя не взяло, что аналитики S&P расцениликак фактор, который «позволил им удержать кредитный рейтинг Казахстана на инвестиционном уровне, несмотря на небольшое его снижение».

Вторая дилемма заключается в попытке сохранить госкомпании независимыми и не использовать их в качестве механизмов по спасению от кризиса (в том числе банковской системы) или наоборот попытаться их использовать и в этом смысле нарушить их экономический суверенитет (пойдя по пути использования их как регуляторов в спасении банковской системы от кризиса). В данном случае, как отмечет Алексей Новиков, государство выбрало сторону, которая достаточно явно свидетельствовала о том, что госкомпании могут быть использованы как рычаги поддержки. «Например, для компании «КазМунайГаз» – это снижение кредитного рейтинга с уровня «BBB-« на уровень «BB+». Ведь часть ее средств, которая была помещена на депозиты в проблемные банки второго уровня, была ограничена в передвижениях, и собственная кредитоспособность компании оказалась под угрозой», – говорит эксперт. Между тем, банковские аналитики, увидев такую политику, восприняли ее как позитивный фактор в отношении стабилизации банковской системы.

И третья дилемма – монетарная. По мнению управляющего директора Standard&Poor’s, это попытка повысить конкурентоспособность экономики и отреагировать на изменения на валютном рынке соседних стран с помощью девальвации тенге, с одной стороны, и не ухудшить качество активов, которые, очевидно, в этом случае подвергались риску, с другой.

В данном случае, по словам г-на Новикова, было видно колебание ожиданий, но в итоге тенге был девальвирован на 20-25%, хотя половина кредитов в банках была номинирована в иностранной валюте. «Данная ситуация похожа на украинскую, поскольку девальвация в этой стране была равна тому же коэффициенту, в Венгрии порядка 64%, в Польше – 25%, но гораздо меньше в других странах сопоставимых по размерам, по уровню развития. В Чехии же девальвация была равна 0%, и это, учитывая, что проценты по кредитам в местной валюте ничтожны», – заключил аналитик.

Напомним, что в начале года Standard & Poor’s подтвердило долгосрочные суверенные кредитные рейтинги Республики Казахстан: рейтинг по обязательствам в иностранной валюте на уровне «ВВВ-», рейтинг по обязательствам в национальной валюте на уровне «BBB». Вместе с тем подтверждены краткосрочные суверенные кредитные рейтинги Республики Казахстан по обязательствам в иностранной и национальной валюте на уровне «А-3». Прогноз по рейтингам – «Негативный».

При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на деловой портал Kapital.kz в первом абзаце обязательна.