или как я провела этим летом

Окончание. Начало см. «Капитал.kz» от 26 августа 2010 года и 2 сентября 2010 года

Тоскана... В эти места невозможно не влюбиться, здесь даже «пейзаж становится искусством». После ослепительно яркого, солнечного юга тосканские долины встретили нас густым клубящимся туманом, который как в вату окутывал извилистые дороги, ныряющие с холмов то в просторные долины с ровными рядами зеленых виноградников, то в яркие, необозримые поля подсолнухов. По обеим сторонам дороги на вершинах высоких холмов то и дело появлялись одинокие монастыри и обнесенные оборонительными стенами маленькие средневековые городки.

Так хотелось выйти из экскурсионного автобуса и пройтись по зеленому лугу, задевая руками высокую траву и вдыхая неповторимый аромат полевых цветов, к гостеприимной таверне, в которой радушный хозяин с неповторимой итальянской улыбкой предложит утолить жажду бокалом кьянти. А лучше сесть на велосипед и ехать навстречу теплому ласкающему ветерку, насвистывая какую-нибудь мелодию из старого итальянского фильма, млея то ли от выпитого вина, то ли от красоты окрестностей, то ли от осознания того, что ты наконец-то один на один с Италией! Этого ощущения в одной из самых популярных среди туристов стране мира мне очень не хватало. Хотелось невозможного: остаться один на один с величием римского Форума или Колизея, прогуляться в одиночестве по узеньким улочкам Флоренции, почувствовать шарм Венеции – а это очень трудно из-за огромных толп туристов, которые буквально наступают друг другу на ноги, кормя голубей на площади Сан-Марко, подпихивают вас локтями в поисках удачных кадров и щелкают перед лицом бесчисленными фотоаппаратами.

Особенно комичными показались японцы и немецкие пенсионеры, пытающиеся визуально поддержать руками, спинами и даже ногами падающую пизанскую башню. А еще многочисленные представители черного континента, торгующие с рук у ее подножия ролексами за 20 евро и сумками от Armani за 15.

Пиза

А вот история самого города не такая веселая. Пиза, как и другие города Италии, знала периоды подъема и упадка, причем последний был скучен и продолжителен.

Когда-то Пиза была морским портом, теперь море отступило, говорят, после этого и закончился расцвет города, который когда-то конкурировал с самой Флоренцией! Теперь туристов сюда влечет знаменитая башня, а гиды даже предупреждают о том, что заказывать морепродукты в здешних ресторанчиках неоправданно, их ведь приходится везти с моря, а это несколько километров, поэтому лучше морепродукты есть в Венеции.

Город мне показался каким-то плоским и не особо приметным, видимо, потому, что не было возможности погулять здесь подольше, ведь львиную долю времени мы провели на Пьяцца де Мираколи возле знаменитой Падающей башни. Одинокий соборный комплекс – «Площадь чудес» – это четыре сооружения из белого мрамора: собор, баптистерий (крестильня), здание кладбища Кампосанто и звонница – она же Пизанская башня, у подножия которой раскинут аккуратный зеленый газон. Я, конечно, знала башню по многочисленным фотографиям, и все же, когда она неожиданно открылась передо мной – как будто кружевная, ослепительно белая на фоне зелени травы и синевы неба, действительно падающая – захватило дух от восхищения!

Гид, пытаясь пробудить наш интерес не только к башне, но и к собору, рассказал легенду о том, что собор понравился самому дьяволу, и он даже захотел унести его в ад, но собор оказался очень тяжелым и дьявол выпустил его, на веки оставив на его стене следы когтей. Их любопытным туристам демонстрируют до сих пор.

А еще среди белоснежных колонн собора есть одна темно-красная, так называемая «колонна верности». По преданию, если девушка будет смотреть на эту колонну десять минут не отрываясь – она никогда не столкнется с мужской изменой. Забавно, но сначала все девушки нашей группы дружно хихикали над этой приметой, а потом также дружно гипнотизировали колонну. Соблазн так легко и просто заполучить драгоценную мужскую верность был, конечно, велик и для меня, но еще больше манила возможность подняться на падающую башню и взглянуть на город, почувствовать себя Галилеем, изучающим законы притяжения, и, честно признаться, призывным разнообразием дразнили сувенирные лавки – хотелось купить скошенные в виде башни бокалы, рюмки, кулончики, в общем, шопинг победил приметы.

Флоренция

Моя Флоренция – это краснеющий купол собора Дуомо, узенькие улочки и широкие площади, мост ювелиров Понте Веккьо над величественной рекой Арно. Это любовь Данте и Беатриче и церковь, в которой они впервые встретились взглядами, это дом великого Микеланджело и его знаменитый Давид. Тяжесть и воздух, камень и свет. Это, прежде всего, город искусства, город Возрождения – здесь галерея Уффици, упирающаяся углом в Палаццо Веккьо с его странной грузно парящей башней, это дворец Питти и сады Боболи.

Хотя назвать этот город «моим» - неоправданная дерзость. Эти улочки были родными для Леонардо да Винчи, Данте, Боккаччо, Петрарки, Брунеллески, Липпи, Микеланджело, Макиавелли…Трудно сказать, кто из великих итальянцев не был флорентийцем. Считается, что из тысячи самых выдающихся художников второго тысячелетия триста пятьдесят жили или работали во Флоренции.

Бросив вещи в отеле, мы, конечно, пошли к Duomo. Куда бы вы ни шли во Флоренции, обязательно пройдете мимо собора, даже если он вам не по пути. Исторический центр города хорошо сохранил свой средневековый облик: причудливо переплетенные улочки, разбегающиеся от соборной площади в разные стороны, дома, как будто прилепленные друг к другу, старые церквушки с неповторимым убранством.

Собор открылся нам как-то внезапно, на выходе из переулка, – светящийся разноцветным мрамором, прекрасный, как сама Флоренция, увенчанный непревзойденным по красоте куполом работы Брунеллески.

Напротив собора Санта Мария дель Фьоре – маленький восьмиугольный баптистерий, внутрь которого ведут три бронзовых двери, одна из которых занимает особое место в истории искусств. Лоренцо Гиберти украсил ее золочеными рельефами, изобразив десять эпизодов из Ветхого Завета. Когда их увидел Микеланджело, то восторженно сказал, что они могли быть годны даже для рая, и за ними навеки укрепилось название «Врата рая».

Туристический поток несет нас к площади Синьории. Здесь видим знаменитого Давида, оригинал Персея Бенвенуто Челлини и много других известнейших скульптур. Говорят, что эта копия Давида, как и все остальные, неточная, ибо всяческие попытки создать точную не увенчались успехом: статуи с завидным постоянством заваливались назад. Повторить шедевр Микеланджело так никому и не удалось…

Во Флоренции для ценителей и знатоков искусства неисчислимое множество мест поклонения и восторга. Чего стоят только галерея Уффици и дворец Питти, которые нельзя не посетить! Но простым смертным, как ни листай альбомы по искусству и ни читай книги о художниках, иногда просто необходима помощь хорошего гида. Особенно, когда одолевает неприятный холодок чувства собственной неполноценности перед какой-нибудь великой картиной. Стоишь и понимаешь – ну ничего в этой мазне не вижу! Искусство выходит за область разума и должно затрагивать душу. Это возможно, только если вам откроется какой-то «энергетический канал» и вы почувствуете озарение… Но зачастую этого не происходит: времени мало, а посмотреть хочется все, поэтому быстро, деловито пробегаем залы галерей, которые так и не открывают нам своих секретов.

В поездке нам очень везло с экскурсоводами. Благодаря нашему гиду по Флоренции, я, даже много зная о Микеланджело, стала понимать его по-новому, ощущать его «муки и радости» и даже совершенно ничего не зная о перспективе в искусстве, открыла для себя труды Эрвина Панофского.

Еще гиды с удовольствием расскажут о всех туристических приметах: куда, как и что кинуть, кому, что и как подергать-почесать-погладить – и будет вам счастье! Так, во Флоренции обязательно нужно погладить нос бронзовому кабанчику, символу города, а потом положить монетку ему в пасть. Если монета выпадет из пасти прямо в решетку под ним – вернетесь во Флоренцию или станете богатым. Кабанчик сидит на рынке, среди лотков с китайскими и итальянскими сумками, и, мне кажется, давным-давно обалдел от бесконечных людских желаний.

На этом базарчике нас стеной накрыл проливной дождь и заставил спрятаться в один из флорентийских ресторанчиков, где мы открыли для себя еще один шедевр, на этот раз гастрономический – «бистекка алла фиорентина» – огромный вкуснейший стейк из телятины. Специально для иностранцев в ресторанных меню пишут T-bone steak, это одно из известнейших блюд Флоренции. Куски мяса довольно толстые, примерно 3-4 см толщиной и весом около килограмма. Порционный кусок мяса (свежего или охлажденного, но ни в коем случае не замороженного) выдерживают в оливковом масле, оно получается очень нежным и сочным. Сначала смутило лишь то, что даже заранее оговорив степень прожарки medium well, получили стейк с кровью, но он был безумно вкусным! К мясу мы, разумеется, заказали бутылку красного вина. Вспомнился рассказ гида о том, что вино не случайно является составной частью средиземноморской диеты. В кожуре винограда ученые обнаружили полезные для иммунной системы вещества, а еще, конечно, этот напиток мощное антистрессовое средство. Медики утверждают, что знающие меру любители вина редко страдают от депрессий, правда, ключевое слово здесь – мера!

Да, итальянцы пьют много вина, но ни одного пьяного я здесь не видела! Вот это чувство меры!

Покидая Флоренцию, увозим с собой чувство недосказанности и вместе с тем покоя. Она не только красивая, уютная, теплая, но теперь и немного знакомая…

Другая Венеция

«Дурак тот, кто не едет в Венецию», – писал Антон Павлович Чехов. С классиком не поспоришь – и вот мы здесь, хотя мне до последнего не верилось в это. «Мы в Венеции!» – стараясь перекричать мотор катера, напрягался гид, переходя к наставлениям. «Не вздумайте присесть за столик на площади Сан-Марко – останетесь с пустым кошельком, цены за столиком в три раза дороже, чем у барной стойки. Настоящее муранское стекло, как и венецианские маски, можно купить только в специализированных лавках – не берите их у уличных торговцев! И, пожалуйста, не просите гондольеров спеть – это очень богатые люди, они могут оскорбиться!» – инструктировал гид. А мне хотелось тишины: да бог с ними, с масками, я так долго ждала этого знакомства с сеньорой Венецией, городом, образ которого в моем сердце кажется с самого детства!

Впечатления сменяют друг друга молниеносно. Сразу отмечаю для себя, что Венеция женственна как никакой другой итальянский город, недаром в былые века ее называли Светлейшей. И еще: Венеция задыхается от туристов! Кажется, что в этом городе, в любое время года до отказа забитом туристами, местных жителей вообще нет. Но немногочисленные коренные венецианцы грустно шутят, что без туризма Венеция умрет скорее, чем с туризмом.

Не город романтики или любви, нет, скорее грустный город, город – памятник времени, город – оригинал и одновременно город – праздник. Но праздник мы видим уже какой-то вымученный, «специально для туристов», а в глубине города, в глазах венецианцев, в поросших мхом и покрытых илом ступенях некогда живых, шумных дворцов – что-то глубоко печальное, трагическое. Возможно, Венеция не далась нам, ускользнула, и мы не смогли насладиться ее очарованием.

Даже удовольствие от катания на гондоле оказалось сомнительным: запах застоявшейся воды, унылые парадные, забитые прогнившими досками и «пробки» из гондол в узеньких каналах… Все это как-то подпортило впечатление. Романтично целоваться, проплывая под знаменитым Мостом вздохов, показалось кощунственным – по нему вели на смертную казнь осужденных, они в последний раз смотрели на красоту города и вздыхали, прощаясь с жизнью. По мне, так это совсем не то место, где хочется уединиться двоим влюбленным…

Погуляли по Сан-Марко, покормили голубей, фото на память, экскурсия во дворец Дожей и постоянная мысль: хочется остаться с этим городом один на один.

Кажется, Иосиф Бродский говорил, что готов быть хоть венецианским голубем, чтобы не покидать это место. Мне, думаю, было бы достаточно еще одного дня и ночи. Чтобы уйти в отдаленные районы, где нет шумных вездесущих японцев, превращающих вечность в маленький шумный Токио под вспышки сотен дорогих фотоаппаратов! Там можно услышать гулкие шаги пустых улочек вдали от центральной площади... Или посмотреть Венецию ночную – с зажженными на площади Сан-Марко розовыми муранскими стеклами – фонарями, с мерцающими красками, с темнотой ночи и отблесками каналов. Возможно, в следующий раз?

Улыбнувшись нашим планам, гид рассказал старинную притчу о муравье, который нашел однажды сахарную гору и решил унести ее собой. Он отгрыз от нее маленький кусочек, взвалил его на спину и сказал: «Ладно, остальное я заберу в следующий раз».

Люди посвящают целую жизнь изучению искусства этой страны и все равно не в силах освоить ее трехтысячелетнее наследие. Как ни фатально это звучит, но невозможно узнать всю Италию, насладиться ей сполна. Только ее малую частицу можно унести «в свои эпически нищие или буднично-благополучные земли и там, под небом суровым или опустошенным» уже иначе радоваться, иначе грустить и иначе любить…

При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на деловой портал Kapital.kz в первом абзаце обязательна.