Кто в Казахстане лидер по индексу коррумпированности?

«Коррупция – это болезнь! Чтобы излечить какую-то болезнь, ее необходимо диагностировать», – считает Ерлан Смайлов, директор по развитию проектов Института политических решений. Именно такую попытку диагностики коррупции в сфере юстиции Казахстана предприняли сотрудники ИПР совместно с Ассоциацией социологов и политологов РК и Республиканским общественным советом (РОС) по борьбе с коррупцией при НДП «Нур Отан». Было проведено социологическое исследование, направленное на анализ состояния и масштабов коррупции в сфере юстиции РК, выявлены и проанализированы причины коррупции.

Респонденты выделили первопричины коррумпированности работников органов юстиции. Пальма первенства, по мнению бизнесменов Казахстана, принадлежит забюрократизированности, волоките, широкому кругу должностных полномочий. В свою очередь представители сферы юстиции первопричиной называют невысокую заработную плату, низкую степень ответственности, некомпетентность сотрудников органов юстиции. Представители МСБ и население усматривают причины в отсутствии должного контроля, гласности и прозрачности в работе госорганов и в слабой информированности населения об основных причинах коррупции. Каждый пятый респондент считает, что коррупции в большей степени способствуют национальные традиции, менталитет и круговая порука.

Самым интересным вопросом, поднятым в ходе исследования, стал рейтинг наиболее коррумпированных органов по сферам и областям. В нем лидирующие позиции занимают сфера уголовно-исполнительных учреждений, сфера прав на недвижимое имущество, сфера судебной экспертизы, сфера регистрации юридических лиц.

Кроме того, важный фактор, влияющий на распространение коррупции в обществе, механизм формирования кадров в органах юстиции. Доминирующее мнение – кадры подбираются на основе родственных или дружеских связей, должности покупаются (58%). Такая позиция в большей степени характерна для МСБ (64,1%), населения Алматинской и Актюбинской областей.

В группу наиболее коррупционно опасных входят Алматы и Атырауская область, где зафиксированы максимальные показатели по ключевым индикаторам: с вымогательством взятки лично сталкивалось более половины алматинцев (54,9%) и 64,5% жителей Атырауской области; готовность дать взятки демонстрирует треть населения Алматы (30,1%) и Атырауской области (38,7%); мнения о наличии системной коррупции в органах юстиции разделяет почти каждый второй алматинец (45,6%). Атырауская область также лидирует по показателям спроса на коррупцию во всех сферах юстиции, Алматы – по ряду аналогичных показателей занимает второе-третье место.

Исследователи выяснили также средний размер взятки, он варьируется в широком коридоре: от $865 до $3166 в зависимости от органа юстиции.

32,7% опрошенных респондентов считают, что системной борьбы с коррупцией в нашей стране нет и при наличии связей можно уйти от ответственности за коррупционные сделки. Не совсем эффективной ее считают 30,1%, борьба против коррупции, по их мнению, ведется от случая к случаю, иногда судят тех, кто не виновен. Только 15,8% считают, что правоохранительные органы систематически выявляют случаи коррупции, осуждают виновных; 12,4% – затрудняются ответить; 9,1% вообще считают, что с коррупцией не ведется никакой борьбы. В общей сложности 71,9% респондентов считают антикоррупционные действия государственных органов либо недостаточно эффективными, либо вовсе неэффективными. Основополагающими причинами такой оценки являются отсутствие системной антикоррупционной борьбы, непоследовательность и необъективность.

Среди первостепенных антикоррупционных мер 24,1% респондентов выделяют необходимость повысить профессиональные требования к госслужащим, усилить контроль над их доходами и расходами; 15,3% считают, что нужно ужесточить наказание должностных лиц, замешанных в коррупции, устраивать публичные суды над коррупционерами, привлекать к уголовной ответственности с лишением права занимать руководящие должности. 14,6% эффективной мерой считают внедрение электронного документооборота, который может сделать работу органов юстиции прозрачной. 11,6% опрошенных предлагают усилить деятельность правоохранительных органов по борьбе с коррупцией, в том числе через материальное поощрение информаторов, сигнализирующих о коррупционных сделках; 11,3% считают, что нужно повышать уровень правовой и нравственной культуры населения; 8,5% – усовершенствовать законодательство и создать стабильную правовую базу, регламентирующую различные сферы органов юстиции; 4,7% – шире освещать антикоррупционную деятельность в СМИ. И 4,5% считают, что бороться с коррупцией не надо, она неискоренима и является частью нашей культуры.

Исследование не оставило в стороне и СМИ. Одним из вопросов, на который было предложено ответить респондентам, звучал так: «Насколько полно и объективно, по вашему мнению, СМИ освещают вопросы борьбы с коррупцией?». Результаты получились следующими: 40,1% опрошенных придерживаются мнения, что СМИ не совсем объективны, они полагают, что в большей степени коррупционные правонарушения поднимаются в СМИ ради повышения рейтинга своего издания. 22,6% опрошенных считают, что средства массовой информации в этом вопросе необъективны, посредством СМИ заинтересованные стороны «сливают» друг на друга компромат. Только 19,9% считают, что вопросы борьбы с коррупцией освещаются в СМИ в полной мере; 17,3% затруднились ответить на этот вопрос. В совокупности 62,7% опрошенных считают материалы СМИ антикоррупционного содержания либо необъективными, либо не совсем объективными. Таким образом, лишь каждый пятый респондент склонен считать антикоррупционные материалы в СМИ объективными, среди них выше доля представителей сферы юстиции (в 1,3 и в 1,2 раза выше показателей бизнеса и населения соответственно).

Ерлан Смайлов подчеркивает практическую значимость исследования, так как его результаты выражены в числовых показателях. Это позволит в дальнейшем, при лонгитюдном, исследовании сравнивать все показатели коррупции, опираясь на цифры, и сделать выводы относительно эффективности антикоррупционных действий правительства. Уникальность исследования в том, что респондентами явились все стороны, которые могут стать жертвами коррупции.

На основании результатов исследования эксперты ИПР выдвинули ряд рекомендаций, направленных на борьбу с коррупцией. Предлагаемые меры условно можно разделить на три подгруппы: меры, носящие институциональный характер, нормативно-правовые меры и создание общественного контроля. Ерлан Смайлов акцентировал внимание на третьей группе мер. Он отмечает, что существует острая необходимость добиться прозрачности в министерстве юстиции с участием гражданского контроля. Достижение прозрачности возможно через внедрение электронного документооборота, расширение и усиление позиций электронного правительства, создание общественного контроля за деятельностью министерства, налаживание обратной связи с общественностью. Также необходимо предоставление возможности оценивать работу госструктур населению, ведь именно население является главным потребителем предоставляемых госструктурами услуг.

При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на деловой портал Kapital.kz в первом абзаце обязательна.