Казахстану желательно сдерживать такой фактор, как фискальная непредсказуемость

Дискуссии о том, что удвоение ЭТП на нефть в Казахстане будет затруднять проекты долгосрочного инвестирования в геологоразведку, в период, когда цены на нефть смело перешагнули отметку в $100 за баррель, кажутся, по меньшей мере, неактуальными. Между тем, не сама цифра в $40 за тонну вызывает вопросы – большее непонимание нефтяники выражают относительно непредсказуемости, вызванной, в частности, отсутствием понятного механизма, прозрачной формулы исчисления. Как известно, на данный момент размер экспортной таможенной пошлины устанавливается произвольно, никакой четкой, точной формулы, закона или правила ее исчисления не существует, когда и на какую величину она будет изменена – неизвестно.

«С моей точки зрения, ставка ЭТП, равная и $20 за тонну, и $40 за тонну, является произвольной. Действительно, нужна понятная методика расчета ставок ЭТП, которая не зависит от субъективных подходов, которую нельзя легко изменить под давлением той или иной группы влияний. В этой связи налогообложение добывающих секторов экономики нуждается в улучшении», – считает экономист Канат Берентаев.

По мнению Адиля Табылдиева, начальника аналитического управления ДТО АО «BCC Invest», вероятно, все-таки методика расчета ставок экспортной таможенной пошлины в Министерстве финансов существует, и размер ставок, скорее всего, привязан к прогнозу по мировым ценам на нефть. Другое дело, что этот механизм формирования ставок не стал достоянием общественности. Учитывая тот факт, что цены продолжают стремительно расти – можно предположить, что ставка может быть еще увеличена. Но предположения, как известно, не лучший инструмент бизнес-планирования.

Формально размер ЭТП может быть определен постановлением правительства без согласования с парламентом. «По сути такое нововведение должно было пройти обсуждение в высшем законодательном органе страны, так как фактически ведет к пересмотру достигнутых в ходе работы над новым Налоговым кодексом соглашений», – отмечает в депутатском запросе на имя премьер-министра РК депутат сената Михаил Бортник.

Для того чтобы участники рынка могли инвестировать, им нужны свободные средства, а они возникают, когда у недропользователей после уплаты налогов остается значительная прибыль. Сейчас же инвестору становится очень сложно просчитать уровень прибыли, ведь он должен предвидеть и успех геологоразведки, и просчитать все затраты по проекту, и учитывать волатильность цен на нефть. Кроме этого, он должен чувствовать, как складываются дела в бюджете, в целом в экономике нашей страны, прогнозировать решение по ставке ЭТП на данный период. Колебание этой цифры в долгосрочном периоде, разумеется, будет влиять на принятие инвестиционных решений.

С другой стороны, вполне понятно стремление правительства за счет увеличения ЭТП пополнить бюджет, ведь нефтяная отрасль – традиционно один из основных источников доходов государства. Здесь необходимо отметить, что большинство налоговых поступлений от компаний нефтяного сектора направляется в Национальный фонд Казахстана, и в дальнейшем часть из них поступает в государственный бюджет в виде трансфертов. Таким образом, введение экспортной пошлины на нефть в дополнение к экспортному рентному налогу и налогу на добычу полезных ископаемых, очевидно, призвано увеличить прямые поступления в государственный бюджет, минуя Национальный фонд.

По большому счету это вопрос перекачки средств между двумя карманами одного государства. Данные деньги правительство может спокойно потратить, но само это решение в долгосрочном периоде может иметь негативные последствия для всей отрасли.

Неопределенность фискальной нагрузки существенно затрудняет планирование долгосрочной инвестиционной деятельности и для отечественных компаний, что может повлечь вынужденное сокращение инвестиционной активности с возможными последствиями для занятости и объемов производства.

Иностранные инвесторы, владеющие акциями казахстанских нефтяных компаний, демонстрируют неверие в сохранение благоприятного инвестиционного климата в стране, из-за чего казахстанские ценные бумаги стремительно дешевеют. «Это также объясняется отходом от принципов Налогового кодекса, таких как предсказуемость и прозрачность», – отмечает Михаил Бортник.

«Рынок инвестиций не такой уж большой, и к тому же конкуренция между странами на этом рынке высокая. Вот почему для Казахстана было бы желательно сдерживать такой фактор, как экспортная таможенная пошлина для того, чтобы сохранить привлекательность нашего рынка для инвесторов», – отмечает Джамбулат Сарсенов, генеральный директор ассоциации KazEnergy в интервью «Кворум.kz». Стабильность налогового режима всегда была сильным аргументом в пользу инвестирования в нашу страну. Инвесторы, безусловно, вправе рассчитывать на сохранение стабильности и в будущем.

По его мнению, государству и отрасли выгоднее иметь стратегических, долгосрочных инвесторов, нежели портфельных, готовых и покупать, и сбрасывать акции казахстанских компаний в зависимости от конъюнктуры на фондовом рынке. А когда налоговый режим чрезмерно жесток, то в первые ряды инвесторов выдвигается рисковый, спекулятивный капитал, заинтересованный в биржевых операциях, но не в устойчивом развитии казахстанских предприятий и отрасли в целом.

Сравнивая налоговую нагрузку на компании нефтяного сектора России и Казахстана, эксперты говорят о том, что в Казахстане она достаточно высока, но все же ниже, чем в России. При этом, отмечая более низкий уровень налоговой нагрузки в России, следует учитывать тот факт, что даже несмотря на предсказуемость ситуации, в последнее время добыча в РФ начала стагнировать, многие компании ограничивают разработку новых месторождений. Поэтому в РФ в последнее время стали внедряться льготы для нефтедобывающих предприятий.

Кроме этого, проводить прямые параллели с Россией в части ставок ЭТП абсолютно некорректно, ведь у наших северных соседей нет рентного налога на экспорт, налога на сверхприбыль, а есть льготное налогообложение доходов от продажи нефтепродуктов, но сама пошлина намного больше.

Понятно, что, с одной стороны, политика государства направлена на развитие нефтегазовой отрасли. Как отметил министр нефти и газа РК Сауат Мынбаев, представляя программу развития нефтегазовой отрасли на 2010-2014 годы на заседании правительства, Казахстан намерен увеличить добычу нефти и газоконденсата к 2015 году до 85 млн. тонн, а это 120,4% к 2008 году, сырого газа – до 54 млрд. куб. м, это 61,4% к 2008 году. Объем экспорта нефти планируется увеличить до 75 млн. тонн – 119,4% к 2008 году, объем переработки нефти на казахстанских НПЗ в 2015 году – до 17,0 млн. тонн – 138% к 2008 году – с увеличением глубины переработки нефти до 87% и доведением качества отечественных нефтепродуктов до стандарта качества «Евро-3», «Евро-4». Всего же на реализацию госпрограммы развития нефтегазовой отрасли на 2010-2014 годы планируется направить порядка $35 млрд.

С другой стороны, задачи по изъятию сверхприбыли и дифференцированному обложению месторождений с различными условиями добычи должны выполняться так, чтобы отрасль осталась привлекательной для инвестиций и могла развиваться. Понятно, что сырьевой сектор является наиболее важным источником дохода в бюджет, но перегруженным налоговым бременем недропользователям становится трудно оставаться привлекательными для акционеров. Чтобы перспектива была ожидаемой, механизмы исчисления должны быть понятными, ведь даже небольшие объемы экспортной таможенной пошлины по некоторым месторождениям создают трудности для компаний уже сейчас, не говоря уже о долгосрочном горизонте бизнес-планирования.

При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на деловой портал Kapital.kz в первом абзаце обязательна.