Казахстан хочет получить большую долю в Кашагане

Инвесторы хотят спровоцировать власти Казахстана, чтобы они отложили сроки освоения Кашагана, при этом играя на желании казахстанского правительства получить для нефтяной нацкомпании большую долю в проекте.

Недавно британская газета The Telegraph разместила на своих страницах любопытную новость: оказывается, Казахстан планирует приостановить работы по освоению Кашагана на три года. Формальной причиной такой резкой реакции казахстанской стороны стал так называемый «упрощенный проект», предложенный участниками консорциума North Caspian Operating Company (NCOC) – Royal Dutch Shell и Exxon Mobil. Суть предложения – сократить издержки с $68 млрд до 50 млрд.

Один из членов консорциума поставил перед собой цель вынудить правительство пойти на отсрочку освоения Кашагана. Причем эти силы играют на желании казахстанских властей заставить инвесторов перейти на условия налогообложения согласно новому Налоговому кодексу и получить большую долю в проекте. Инвесторы ссылаются на соглашения о разделе продукции (СРП), подписанные в 90-х годах, которые должны быть выполнены в полной мере. Компромисс пока не найден, и потому нервы у обеих сторон на пределе.

Смертельный номер?

Реакцию казахстанской стороны понять можно. Инвесторы уже неоднократно переносили сроки освоения месторождения, ссылаясь на сложные условия бурения на шельфе. Абстрагируясь от всех привходящих моментов, связанных с непрозрачностью соглашения о разделе продукции (СРП), можно смело предположить, что «упрощенный проект» вызвал раздражение в Министерстве нефти и газа РК.

По мнению заведующего кафедрой международных отношений университета Гафгаз (Азербайджан) Ровшана Ибрагимова, информация о задержке не подтверждена. «Однако если она появилась, то, вне всякого сомнения, имеет для этого вескую причину. По-любому проект реализуем не раньше 2013 года. Если верить оператору и членам консорциума, в Кашагане они столкнулись сразу с рядом проблем: глубокое залегание нефтяных пластов (6,5 тыс. метров), высокое давление в пластах, которое усложняет проведение работ. Кроме того? известно, что кашаганская нефть содержит высокую процентность сероводорода, опасного для окружающей среды, а работы приходится проводить в особых условиях, чтобы не подвергнуть отравлению работников», – продолжает эксперт.

Ранее СМИ сообщили, что сроки второй фазы переносятся на 2018-2019 годы. Значит, фактически вторая фаза будет осуществлена в 2021-2022 годах. Почему?

В ходе первой фазы разработки планировалось добывать 375 тыс. баррелей в сутки, второй фазы – 1,5 млн баррелей. Причем концепция второй фазы должна быть внесена в правительство в конце текущего года.

Инвесторы задались целью сэкономить на бюджете разработки. «Консорциум  уже вложил около $17 млрд в Кашаган. Ожидается, что общие вложения достигнут $136 млрд в нынешних ценах. Для сравнения: общая сумма затрат на начало производства нефти на азербайджанских месторождениях Азери-Чыраг-Гюнешли составила порядка $20 млрд. Несмотря на то, что нефти в Кашагане в несколько раз больше, доходы ожидаются ниже, чем из азербайджанских месторождений. Консорциум желает уменьшить вложения, предлагая альтернативный вариант начала добычи нефти с меньшими вложениями», – поясняет u-y Ибрагимов.

Согласно СРП, подписанному с казахстанским правительством, NCOC будет работать на Кашагане до 2037 года. По всей видимости, когда инвесторы дали в правительство «упрощенный проект», они подсчитали, что маржа будет достаточной, даже с учетом задержки освоения.

Странные нюансы  

Странности не заканчиваются тем, что впервые задержку могут инициировать власти. Удивительно другое: NCOC предоставил «упрощенный проект» в конце прошлого года в правительство неофициально. Обычно инвесторы просили об отсрочках открыто, не используя режим конфиденциальности.

Но и это еще не все. The Telegraph – достаточно солидное британское издание. Но, публикуя новость, оно не указало источники информации. Ее не прокомментировали ни «надежные источники в правительстве Казахстана», ни даже «представители инвесторов». Значит, материал собственный, но сильно попахивающий целенаправленным сливом информации.

Все эти признаки свидетельствуют о следующем: официальная Астана может как легко опровергнуть сообщение, так и промолчать. Последнее означает, что задержка освоения все же будет. На момент публикации статьи реакции со стороны правительства не последовало.

Эту мысль можно продолжить. Публикация новости в The Telegraph – это ясный и четкий сигнал инвесторов Правительству РК. Выбор английского языка тоже очевиден: инвесторы предпочитают работать с англоязычной прессой.

Такую версию подтверждает Ровшан Ибрагимов. По его мнению, отсрочку выгодно получить консорциуму. «Именно один из представителей компаний в консорциуме мог передать эту информацию, пожелав остаться неизвестным», – подытоживает эксперт.

С другой стороны, очевиден мультипликативный эффект: массовый интерес казахстанских СМИ, проявленный к информации в британской газете, сложно объяснить элементарным любопытством. Это больше, чем любопытство. Так или иначе, но инвесторы подталкивают правительство сделать выгодный для них шаг.

Вещи очевидные и понятные  

СРП подписывал другой Казахстан. Ослабленный развалом СССР, в условиях отсутствия и технологий добычи, и квалифицированного персонала, способного вести самостоятельную разработку нефтяных месторождений.

К середине 2000-х годов республика окрепла, поэтому в высших эшелонах власти все чаще звучали мнения о невыгодности условий СРП. Текст соглашения конфиденциален, но один наиболее существенный пункт общеизвестен. Согласно документу, инвесторам дали стабильный налоговый режим вплоть до срока окончания СРП.

В конце 2008 года Казахстан принял новый Налоговый кодекс. По его условиям работали все, за исключением инвесторов в нефтегазовом секторе.

Президент Нурсултан Назарбаев неоднократно отмечал, что Казахстан не стремится к пересмотру контрактов в области недропользования, но выступает за стабильные деловые взаимоотношения, базирующиеся на балансе экономических интересов государства и инвестора. Вполне возможно, СРП такой баланс не обеспечивают.

С другой стороны, власти поставили перед собой цель увеличить долю нацкомпании «КазМунайГаз» (КМГ) в нефтяных проектах. Эту версию подтверждает и г-н Ибрагимов. «Возможно, казахстанское правительство решило отложить работы на Кашагане по нескольким причинам: прежде всего, запрос самого консорциума о принятии «упрощенного проекта» по инвестициям и проведению работ, вторая причина – по мере увеличения финансовых возможностей КМГ правительство все более заинтересовано в самостоятельной разработке своих месторождений. Наверное, правительство будет искать пути увеличения доли в консорциуме по Кашагану», – предполагает он.

Правительство то грозится отобрать лицензии у нефтяных компаний, то нещадно их штрафует. За последние два года крупные штрафы, в основном за экологические и другие нарушения, наложены на инвесторов по Карачаганаку и Тенгизу. Иностранцы аккуратно платят штрафы, но долей не делятся.

Прогнулись только инвесторы, контролирующие «ПетроКазахстан» и Кашаган. В середине 2006 года «ПетроКазахстан» уступил «РД КМГ» 33% акций. Спустя полтора года, еще до принятия нового Налогового кодекса, в начале 2008 года доля КМГ в Кашагане выросла с 8,33 до 16,81%.

«Если инвесторы NCOC прогнулись один раз, значит, власти могут попробовать сделать это еще раз», – полагает главный научный сотрудник Института экономики МОН РК Олег Егоров.

У многих наблюдателей не может не вызывать вопросов поведение инвесторов. С чем конкретно связана их сдержанность, и почему они не обращаются в международный арбитраж? Ответ не менее очевиден. В Кашагане иностранцы будут работать до 2037 года, и если сегодня, в 2011-м они испортят отношения с властями, работать дальше будет крайне сложно, если вообще возможно.

При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на деловой портал Kapital.kz в первом абзаце обязательна.