В Казахстане давно назрела реформа экологических стандартов и нормативов, нам осталось не так много времени, чтобы обратить внимание на состояние экосистем и предпринять соответствующие шаги, чтобы избежать катастрофы. Об этом и многом другом «Капитал.kz» поговорил с Булатом Есекиным, главным экспертом проекта Европейской комиссии «Инструменты экологической политики в РК».

– Скажите, пожалуйста, какие экологические программы существуют в Казахстане сегодня?

– В Казахстане было принято много экологических программ по различным направлениям: борьба с опустыниванием, сохранение биоразнообразия, стратегические планы правительства по охране окружающей среды и другие. Но недавно принятая национальная программа «Жасыл Даму» объединила почти все прежние программы. Имеются также программы по региональным проблемам Арала, Каспия, Семипалатинского полигона, а также местные программы по всем областным территориям. В 2006 году была утверждена концепция перехода к устойчивому развитию до 2024 года, действует также концепция экологической безопасности. В целом программ достаточно, но не хватает практических и эффективных механизмов по их реализации. Кроме того, есть дефицит понимания экологических проблем и проблем устойчивого развития. Сегодня существуют тысячи различных определений устойчивого развития. Многие страны и организации вкладывают собственный смысл в это понятие, и ничего плохого в таком разнообразии не было бы, если бы не подменялись иногда сама идея и цели устойчивого развития.

Официальная формулировка устойчивого развития, принятая на Всемирной конференции в Бразилии в 1992 году, определяет его как развитие, позволяющее обеспечивать современные насущные потребности без ущерба окружающей среде и будущим поколениям. То есть это определение включает два основных аспекта: природные ресурсы принадлежат не только нам, но и будущим поколениям; экономический рост имеет экологические границы и не должен нарушать устойчивость биосферы.

Нужно также помнить, что основными целями устойчивого развития являются общепланетарные цели: сохранение климата, озонового слоя, воспроизводство, поддержка глобального круговорота воды и другие, поэтому правильнее было бы говорить не об устойчивом развитии отдельно взятой отрасли, города или компании, а о поддержке ими (глобальной) устойчивости на своем уровне.

– По Вашему мнению, насколько эффективно осуществляется законотворческая деятельность в нашей стране? Какие результаты видны по итогам первого полугодия 2010 года?

 – В отношении результатов – в экологической сфере нельзя ожидать немедленных достижений – как правило, экологические улучшения требуют долгосрочных усилий и фундаментальных изменений. В этом одна из основных проблем охраны окружающей среды: краткосрочные рамки, в которых находятся политики и бизнес, не способствуют решению экологических проблем. Все хотят немедленных и видимых результатов, что не только мешает природоохранной работе и отвлекает имеющиеся ограниченные ресурсы, но и загоняет проблемы вглубь, усложняя их решение.

Наше законодательство было сформировано в поддержку рыночной экономики. Но сегодня уже все ведущие экономисты признают неспособность рынка реагировать адекватно на экологические проблемы. «На рынок как механизм размещения ресурсов и распределения доходов, – говорит один из ведущих экономистов Всемирного банка Герман Дейли, – можно полагаться только в рамках экологических и этических границ. В этих рамках рынок свободен, но ему не должно быть позволено устанавливать свои собственные (экономические) границы». Базовые параметры для экономики и экономических программ должны задавать физические, то есть экологические пределы, а никак не наоборот. Рамки деятельности для бизнеса, а также административного аппарата должна задавать система экологических и социально-экономических целей и индикаторов устойчивого развития, которые должны получить силу обязательных норм и стать основой для международного и национального законодательства, а также всей системы управления хозяйственной деятельностью.

Давно назрела реформа стандартов и нормативов. Со времен СССР природоохранная деятельность в Казахстане базируется, в основном, на санитарно-гигиенических нормативах, учитывающих здоровье человека, но не состояние экосистем. Без территориальных нормативов, основанных на экологическом районировании и оценке предельной емкости экосистем, природоохранная деятельность осуществляется как бы «вслепую», без экологических целей, и поэтому не всегда эффективна.

Из-за отсутствия конкретных экологических целей территориальные службы отчитываются перечислением мероприятий, количеством израсходованных средств, проверок, штрафов и т.д. Сложно выстраивать политику и ожидать результатов, когда не ясно сформулированы или не определены цели.

– На Ваш взгляд, насколько земетен вклад действующих компаний в сохранение экосистемы Казахстана? Нужно ли вводить дополнительные налоги на невыполнение компаниями экологических норм?

– Сохранение экосистем является главнейшим вызовом современного общества. Еще в 1992 году 1680 научных деятелей из 70 стран, включая 104 нобелевских лауреатов, выступили с заявлением, в котором говорится: «Человеческие существа и мир природы находятся на пути к столкновению. Способность Земли обеспечивать потребности растущего числа людей ограничена, и мы быстро приближаемся ко многим из соответствующих пределов (энергетическому, продовольственному, экологическому и другим). Остается не более одного или нескольких десятилетий до тех пор, когда шансы устранить возникающие перед нами угрозы будут утрачены, и перспективы для развития человечества неизмеримо сократятся».

По оценкам последующего доклада ООН «Оценка экосистем на пороге тысячелетия», более 60% экосистем, обеспечивающих глобальную экологическую устойчивость, то есть физические и биологические параметры, необходимые для жизни на Земле, находятся в критическом положении. Даже если мы сведем абсолютно все выбросы парниковых газов к нулю, но не остановим разрушение экосистем, мы не сохраним жизнь на нашей планете.

Как ответ на глобальные экологические проблемы, вызванные растущей численностью населения и потреблением без учета предельных возможностей природы, возникла идеология устойчивого развития, которая должна быть переведена в практическую плоскость через обновление экологических целей, внедрение новых стандартов и систем управления, включая новые экологические налоги. Последние должны способствовать экономии природных ресурсов, сохранению и восстановлению потенциала экосистем.

Эконалоговая реформа представляет собой принципиально новый подход в стимулировании инвестиций. Ее осуществление сегодня идет во многих странах ЕС: перенос налоговой нагрузки с налогов на труд (подоходный налог, отчисления в фонды социального обеспечения) на экологически вредные виды деятельности и продукцию. За счет реструктуризации налогов в рамках общей их суммы по примеру Норвегии, США и других стран также можно существенно снизить потребление ресурсов и накопление отходов. Как сказал экономист Всемирного банка Герман Дейли: «Нет смысла облагать налогом то, что мы хотим иметь – вместо того, чего мы не желаем (истощение ресурсов, загрязнение)». Такая реформа будет иметь двойную выгоду: с одной стороны, она будет стимулировать изменение поведения производителей и потребителей за счет налогообложения конкретных видов деятельности или продукции; с другой – создаст дополнительные источники финансирования для охраны окружающей среды. Новый подход является эффективным решением проблем в области экологической политики без дополнительных издержек для загрязнителей (без роста в абсолютном выражении, но изменением структуры налоговой нагрузки).

Нужна иная макроэкономическая политика: макроэкономические меры экологической направленности дают гораздо больший экологический эффект, чем чисто природоохранные программы, имеющие в основном локальный, вспомогательный или компенсирующий характер. К таким мерам относятся структурные изменения в экономике и экспортной политике, реформирование налоговой системы, субсидирования и другие. Только за счет таких структурных изменений, как, например, стабилизация и сокращение доли добывающих отраслей с одновременным развитием перерабатывающих отраслей, по оценкам российских ученых, можно сэкономить до 50% природных ресурсов при одновременном увеличении объемов конечной продукции и значительном сокращении отходов.

В целом же для повышения роли и ответственности компаний необходимо переходить на новый уровень партнерства государства с частным сектором с участием международных организаций. Последние нужны для создания платформы доверия, политической поддержки выполнения обязательств и гарантий. Государство в таком партнерстве должно лидировать, создавать благоприятные условия для частных инвестиций для целей устойчивого развития. Было бы закономерным шагом для Казахстана (и сильным примером для всего мирового сообщества), вслед за принятием международных обязательств по ООС, создать для них благоприятные условия. Если, к примеру, декларируются цели по экономии воды, энергоэффективности, образованию и другие цели УР, то было бы логичным освободить от налогов эту деятельность и стимулировать ее всеми другими способами.

– Какую самую острую экологическую проблему Вы можете выделить в республике на сегодняшний день? Какой сектор, по Вашему мнению, нуждается в модернизации в первую очередь? Почему?

– Вода остается главным лимитирующим фактором для будущего развития страны. Водные и связанные с водой экосистемы находятся в критическом положении. Водных ресурсов уже сегодня не хватает для нужд сельского хозяйства, населения и промышленности. Почти половину всего объема воды Казахстан получает от соседних стран: Центральной Азии, Китая, России. При этом в КНР планируется наращивание отбора воды. Население Центральной Азии также продолжает расти, а сами страны увеличивают свое потребление воды. При изменении климата и сохранении сложившихся стратегий и тенденций водный дефицит и потенциальные конфликты, скорее всего, возрастут. Выйти из этого кризиса можно только совместными усилиями и принципиально меняя существующие подходы.

Аральская катастрофа – трагический и уникальный случай в современной истории человечества, когда человек планомерно погубил один из крупнейших внутренних водоемов планеты. Однако эта катастрофа не стала уроком: нынешняя водная политика, несмотря на присутствие в ней современной терминологии (партнерство, общественность, ИУВР), остается по сути прежней. Основные принципы водной политики: приоритетное обеспечение экологических целей и учет интересов водопользователей в реальных условиях не поддерживаются существующими правовыми, институциональными, экономическими, информационными и иными механизмами. Аналогичные процессы экологической деградации происходят и в других бассейнах Центральной Азии: Каспийском бассейне – одном из основных мировых источников нефти и осетровых рыбных запасов, в Балхаш-Алакольском бассейне – крупнейшей на планете озерной экосистеме (бассейн превышает по площади Великобританию, Данию, Швейцарию, Голландию и Бельгию вместе взятые).

На примере Балхашской экосистемы можно апробировать все инновационные механизмы, необходимые для ее сохранения. Эта экосистема играет важнейшую роль в поддержании экологической устойчивости не только в регионе, но и в глобальном масштабе. Однако, несмотря на большую площадь озера, оно отличается высокой экологической уязвимостью. Средняя глубина озера составляет всего 3 метра. Любое неосторожное вмешательство или превышение антропогенной нагрузки может очень быстро разрушить хрупкие экосистемы. Озеро Балхаш еще более уязвимо, чем Аральское море, экологическая катастрофа которого известна сегодня во всем мире и еще долго будет вызывать негативные экологические и социально-экономические последствия, выходящие далеко за пределы Центральноазиатского региона.

При помощи Европейского союза в сотрудничестве с министерством охраны окружающей среды и Комитетом по водным ресурсам мы разработали План по сохранению озера Балхаш. Общая цель плана – сохранение минимального (критического) уровня озера – 341 м. Это интегрированный индикатор эффективности всей хозяйственной деятельности в бассейне, региональной и международной политики в целом. Балхаш должен получать 20 куб. км воды/год, 8 из которых формируется в Казахстане и не менее 12 должны поступать из КНР. При отметке ниже 341 м испарение превышает приток воды. То есть катастрофу озера может вызвать понижение уровня на 1 м, а это значит, что дополнительный забор всего лишь 5 куб. км воды может вызвать необратимые явления.

Условия реализации названных направлений: лидирующая роль государства и создание благоприятных условий для инвестиций и технологий для преодоления краткосрочных интересов бизнеса и политики. Формирование инновационно-ориентированной среды на основе международного соглашения с инвесторами, с возможностью получения прибыли по разделу будущей продукции от прироста природного капитала и восстановленных экосистем, от доли роста бюджетных поступлений. Для перехода на новую форму управления предлагается учредить международное и долгосрочное партнерство между Казахстаном – с одной стороны, организациями системы ООН, ЕС, РФ, КНР, частными компаниями и другими крупными инвесторами и политическими партнерами – с другой стороны. Иным должен быть также механизм управления программами – вместо привычных секретариатов можно было бы передавать управление бассейновыми программами развития зеленой экономики профессиональным частно-государственным компаниям-фондам прямых инвестиций. Такое управление, как показывает опыт других стран, более эффективно.

– В городах Казахстана наблюдается повышенный уровень загрязнения атмосферного воздуха вредными выбросами. Какие меры по сокращению выбросов предпринимаются в крупных городах республики?

– Проблемы загрязнения атмосферного воздуха более заметны и одновременно более легко решаемы. Новые технологии, включая технологии разжижения углей, новые виды энергии, другие современные возможности сегодня позволяют решать эти проблемы. Нужны также более четкие административные действия. Например, одной из первоочередных мер для улучшения качества воздуха и здоровья населения должно быть решение госорганов по включению наиболее опасных для здоровья загрязнителей – твердых мелких частиц и озона в систему государственного контроля и мониторинга. Эти наиболее опасные для здоровья вещества определены ВОЗ и давно включены в систему контроля в Европейском союзе. Необходимо также включать в программы по оздоровлению воздушного бассейна обновленные приоритетные индикаторы и показатели – вместо, например, применяемого сегодня индекса загрязнения атмосферы (ИЗА) – своего рода средняя температура по больнице – не отражающего реального положения дел. Нужно также стимулировать внедрение широко применяемых в развитых странах новых технологий (наилучших доступных технологий), возобновляемых источников энергии и энергосбережения. Или, например, по проблемам грязного воздуха города Алматы – очевидно, что дальнейшее расширение дорог и развязок в принципе не решает проблему. Нужно по примеру всех цивилизованных стран улучшать работу общественного транспорта – не только покупая новые автобусы, но и создавая для общественного транспорта приоритетные условия для движения. Тогда многие горожане оставят свои личные автомашины и будут пользоваться общественным транспортом. 

При полном или частичном использовании материалов гиперссылка на деловой портал Kapital.kz в первом абзаце обязательна.